Портал Воскресный день
Издательство «Белый город»
Контактная информация
(495) 641-31-00
(495) 302-54-13
Сегодня 28.07.2017
Книга дня
Эдгар Дега Астахов Ю .А.
Картина дня
Урок танцев Дега, Эдгар
Воскресный день » Авторская колонка »

Выдающийся русский художник и педагог, мастер исторической, жанровой и портретной живописи Павел Петрович Чистяков родился 5 июля 1832 года

05.07.2017
И. Крамской. Портрет Павла Чистякова

   

Замечательный художник и педагог, многолетняя работа которого в Академии художеств в значительной мере определила судьбы реалистической школы живописи в России конца XIX — начала XX века, Павел Петрович Чистяков  (5.7.1832–11.11.1919) родился в селе Пруды Тверской губернии Бежецкого уезда. Бежецк Павел Петрович всегда вспоминал с теплотой. Он написал несколько икон для бежецких храмов. В Бежецке он встретил (еще в детстве) свою будущую жену Веру Мейер. Родители художника были крепостными крестьянами генерал-майора А.П. Тютчева. Помещик хорошо относился к семье своего управляющего и при рождении у того детей давал им вольную. Павел стал свободным на третий день после рождения. 

 Первые уроки рисования Павел получил в уездном училище, проявляя такие успехи в учёбе, что власти города, которые интересовались успехами талантливых учеников, решили определить его на казённый счёт в тверскую гимназию. На что юный талант возразил, что, если его не отдадут учиться дальше в Академию художеств, он умрёт. Бежецкое училище юноша окончил с отличием — «был записан на золотой доске», а в 1849 году стал вольноприходящим учеником Петербургской академии художеств.

 В первом специальном классе Академии художеств Чистяков рисует «с оригиналов карандашом головы», во втором — «голые фигуры», потом переходит в класс гипсовых голов. В свободные часы подрабатывает уроками и случайными заказами. В это время он жил у дальних родственников рядом с Александро-Невской лаврой. По его подсчётам порой в день нахаживал до тридцати вёрст: два раза в день на занятия и обратно да ещё уроки. Питался скудно: огурцами, хлебом и чаем. К концу пребывания в Академии художеств Чистяков был не только блестящим учеником, но и уже известным в Петербурге педагогом. Многочисленные частные уроки создали ему в столице славу прекрасного учителя. Но основным и наиболее серьёзным педагогическим достижением молодого Чистякова была его работа в Рисовальной школе Общества поощрения художеств. К его мнениям и советам прислушиваются талантливые молодые художники.

 В апреле 1858 года Чистяков как вольноприходящий ученик удостаивается серебряной медали первого достоинства за этюд с натуры, и ему разрешается приступить к композиции исторической картины. Он мечтает стать историческим живописцем, что было очень почётно. Чтобы стать историческим живописцем, надо было получить вторую медаль (золотую) и работать по жестким правилам академических канонов (первую золотую медаль Чистяков получил за картину Патриарх Гермоген отказывает полякам подписать грамоту).

 Художник начал работать над программной композицией на тему «Из 5-го тома Русской истории Карамзина, 1433 год». Полное название написанной художником картины звучало так: На свадьбе великого князя Василия Васильевича Тёмного великая княгиня Софья Витовтовна отнимает у князя Василия Косого, брата Шемяки, пояс с драгоценными каменьями, принадлежавший некогда Дмитрию Донскому, которым Юрьевичи завладели неправильно (1861). За неё художник получил Большую золотую медаль и право на стажировку за границей. Академический совет постановил купить картину за 800 рублей, но с условием, что автор доработает её, окончит. Художнику удалось передать атмосферу начала княжеских междоусобиц, повлекших за собой много крови. Через много лет знаменитый художник на исторические темы Виктор Васнецов напишет Чистякову: «Надо помнить, что русская историческая настоящая живопись началась с Вашей Софьи Витовтовны…»

 Чистяков едет на стажировку в Европу, посещает Германию, Францию, затем — Италию. После нашей среднерусской и северной природы он вдруг видит роскошь природы итальянской и просто потрясён ею. Лучшими работами Чистякова, созданными в итальянский период, являются этюд «Голова чочары» и картина «Джованнина». 

 В 1864 году художник задумал написать большую картину на тему древнеримской истории «Последние минуты Мессалины, жены римского императора Клавдия», сделал много этюдов и зарисовок, знакомился с историческими материалами. Над картиной он работал почти всю свою жизнь, но так её и не завершил. 

 В Италии Чистяков много работает над изображением различных человеческих типов. В 1867 году он создаёт картину Римский нищий. За эту и ещё три другие работы, вернувшись в Петербург в 1870 году, художник получил звание академика. С этого момента и до конца дней жизнь Чистякова будет почти полностью отдана Академии художеств, постепенно у него появляется своя школа «чистяковцев». 

 В отличие от большинства профессоров он, если видел в человеке искру таланта, настоящую преданность человека делу, то занимался с ним уже в своей мастерской. Он был довольно суровым и придирчивым педагогом, высмеивал самодовольство, которое считал у художника основным препятствием к творческому росту, любил поговорки, притчи, народную речь. Некоторые слова Чистякова входили в общее употребление в академии и не только в ней. Например, слово «чемоданисто», которое стали употреблять в среде художников для обозначения чего-то такого трескучего, пошло от Павла Петровича после такого случая. В одной галерее была выставлена прославленная картина Делароша «Кромвель у гроба Карла V». Спросили мнение о ней Чистякова. Он произнёс в тишине: «Чемоданисто!» Все сразу увидели, что коричневый блестящий гроб с останками короля, да и живопись модного французского художника своей пустой элегантностью удивительно напоминают кожаные чемоданы. Тёмный, грубый этюд ученика он называл «заслонкой».

 По словам В. Васнецова, Чистяков «был посредником между учеником и натурой». А Суриков на всю жизнь запомнил совет Чистякова: «Надо как можно ближе подходить к натуре, но никогда не делать точь-в-точь: как точь-в-точь, так уже опять непохоже…» Ученик, а потом великий художник, Валентин Серов эту мысль Чистякова передавал так, что, мол, художнику надо даже «нет-нет и ошибиться», чтобы не получилось мертвечины.

 «Павел Петрович, помимо живописи, интересовался очень многим: музыка, пение, литература, философия, религия, наука и даже спорт — всё это не только интересовало, но порой и увлекало его…» — вспоминал сын художника. Всё больше отдаваясь педагогической работе, Павел Петрович пишет постоянно, но удачи бывают редкими. Такой удачей стала картина Боярин (1876). Писатель В. Гаршин заметил эту работу и написал о ней: «Изборождённое морщинами лицо, кажется, заснуло… умерло, только в глазах осталась и сосредоточилась жизнь. Написан „Боярин“ превосходно, рембрандтовское освещение удачно выбрано для типа, изображённого художником». В 1872 году Чистяков получил в Академии художеств должность адьюнкт-профессора гипсоголовного и этюдного натурного классов. В этой должности художник проработал 20 лет. В 1890 году его назначили главой мозаичного отделения, таким образом отстранив его от прежней должности. Надо сказать, что были у Чистякова и завистники, и характер у него был не из лёгких, были у него сложности и в академии. Но он всё равно занимался с учениками дома. К концу педагогической деятельности Чистякова число его учеников было огромно. Не говоря уже об академических классах, где через его руки прошло несколько сот учащихся, большинство русских художников второй половины XIX века, в той или иной мере пользовались его советами и указаниями. А многие прошли у него систематическую школу, в их числе — Е. Поленова, И. Остроухов, Г. Семирадский, В. Борисов-Мусатов, В. Савинский, Ф. Бруни и многие другие. Но лучшим свидетельством роли Чистякова в истории русского искусства служит плеяда выдающихся мастеров - СуриковРепинПоленовВиктор ВаснецовВрубельСеров. К Чистякову шли учиться или, вернее, доучиваться даже выпускники, окончившие академию с золотыми медалями. 

 В 1875 году в одном из писем к Поленову в Париж Павел Петрович делает такое пророчество: «Есть здесь некто ученик Суриков, довольно редкий экземпляр, пишет на первую золотую. В шапку даст со временем ближним. Я радуюсь за него. Вы, Репин и он — русская тройка…» Тогда Суриков лишь оперялся, ещё далеко было до Стрельцов и «Меньшикова», но зоркий глаз учителя уверенно поставил гениального воспитанника академии в ряд с крупнейшими мастерами. Суриков увлекал Чистякова своей самобытностью, размахом. Поленов не только ценил в нем учителя, но и глубоко любил Павла Петровича, и эту любовь передавал своим собственным ученикам. Через Поленова педагогическая слава Чистякова ещё шире разносилась по России, ибо его учение осуществлялось не только в стенах Академии художеств, но и в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, где преподавал Поленов. Репин мало работал с Чистяковым, но будучи уже известным художником, приходил брать у Чистякова уроки, не считал для себя унизительным работать в кружке с юными учениками Чистякова и выслушивать советы Павла Петровича. Именно Репин отдал для совершенствования Чистякову Серова, своего любимейшего ученика. Врубель попал в мастерскую Чистякова в 1882 году. Учёба у Чистякова оказалась, как он сам потом говорил, формулой живого отношения к природе. Именно Чистякову Врубель обязан блестящим знанием акварели.

 К счастью, до наших дней сохранился двухэтажный деревянный дом, в котором жил Чистяков под Петербургом. Здесь он и скончался в преклонном возрасте 11 ноября 1919 года. Теперь это город Пушкин, в доме Чистякова — музей художника и педагога. 87 лет, прожитых в нескончаемых трудах и поисках. И каков итог? Несколько исторических полотен и портретов, незаконченные записки об искусстве и педагогике. Да, но не только. Главный итог — это сотни картин, которые создали благодарные ученики, возвратив миру все то, что вложил в них Павел Петрович.

 Один из учеников Чистякова — Лев Британишский писал в предисловии к своему «Дневнику 1913–1915 годов»: «…Чистяков еще не оценен и не осмыслен по-настоящему. Нет понимания масштабов этой фигуры, нет понимания того, что именно через Чистякова проходит — идущая от Александра Иванова — самая важная и самая высокая линия в русском искусстве и в русской философии искусства». Британишский вспоминает слова Чистякова: «Бог — в творчестве. Мы через творчество беседуем с ним. Бог вообще в нас…»

       По материалам сайта «Бежечанин» http://bezh-citi.ru/izvestn/149-histiakov.html 

Книги, посвященные жизни и творчеству Павла Петровича Чистякова:



Комментарии пользователей
Оставить свой комментарий
« назад


Вход для пользователей
Вопрос в редакцию
© 2012, Воскресный день
Сайт для заботливых родителей, учителей и воспитателей.
Юридическая информация

Сайт финансируется издательством «Воскресный день»

Проект издательства «Белый город»

создание сайтов - Webis Group